Комплект «Н.В. Гоголь "Мертвые души". 12 репродукций».

Репродукция. Д.Н. Кардовский. Приезд Чичикова к Коробочке («Мертвые души»). Рисунок. 1912.

1953

бумага мелованная матовая; печать типографская

10,5х15

Государственный Русский музей
2-я типография «Печатный Двор» им. А.М. Горького Союзполиграфпрома Главиздата Министерства культуры СССР

Дмитрий Николаевич Кардовский (1866-1943) учился в петербургской Академии художеств у П.П. Чистякова и И.Е. Репина, а также в школе А. Ажбе в Мюнхене. Наследие Д.Н. Кардовского велико и разнообразно. Круг его творческих интересов был чрезвычайно широк. Он вошел в историю русского и советского искусства как мастер рисунка, иллюстратор книги, театральный художник, педагог. В какой бы из этих областей он ни работал, везде добивался успехов и признания. Но прежде всего Кардовский - мастер рисунка. Именно в графике Кардовский добился самых больших успехов. В первую очередь в книжной иллюстрации. Способность проникнуть во внутреннюю атмосферу литературных произведений, постичь характеры действующих лиц и образно передать это в рисунках, сделали его иллюстрации превосходными и во многих случаях непревзойденными ("Каштанка" А.П. Чехова, "Невский проспект" Н.В. Гоголя, "Горе от ума" А.С. Грибоедова). Иллюстрации Кардовского украсили книги Л.Н. Толстого, И.С. Тургенева, И.А. Крылова. Л. Леонова, Д. Дефо и других писателей. Д.Н. Кардовский неоднократно обращался к творчеству Н.В. Гоголя, он иллюстрировал «Невский проспект» (1904), «Ревизор» (варианты 1922 и 1933). В разное время и для разных изданий Кардовский подготовил ряд отдельных иллюстраций к «Мёртвым душам» (1911-1913), часть из которых храниться в Русском музее. Среди них и рисунок с изображением Коробочки: она стоит в длинной накидке и чепце, сложив руки у груди и улыбаясь, смотрит на Чичикова. Издатели комплекта ошиблись в названии репродукции рисунка, на самом деле проиллюстрирован фрагмент поэмы, где описан отъезд Чичикова от Коробочки: «-А вот бричка, вот бричка! - вскричал Чичиков, увидя наконец подъезжавшую свою бричку. - Что ты, болван, так долго копался? Видно, вчерашний хмель у тебя не весь еще выветрило. Селифан на это ничего не отвечал. - Прощайте, матушка! А что же, где ваша девчонка! - Эй, Пелагея! - сказала помещица стоявшей около крыльца девчонке лет одиннадцати, в платье из домашней крашенины и с босыми ногами, которые издали можно было принять за сапоги, так они были облеплены свежею грязью. - Покажи-ка барину дорогу. Селифан помог взлезть девчонке на козлы, которая, ставши одной ногой на барскую ступеньку, сначала запачкала ее грязью, а потом уже взобралась на верхушку и поместилась возле него»

Графика