Как говорилось выше, Агин в ста рисунках к поэме запечатлел всех представителей слоев населения России, упомянутых Гоголем. Вот деревенские мужики, бестолковые дядя Митяй и дядя Миняй, которые никак не могут развести лошадей. У Агина всё это люди живые, естественные.
«Участие мужиков возросло до невероятной степени. Каждый наперерыв совался с советом: «[…] дядя Митяй пусть сядет верхом на коренного! Садись, дядя Митяй!» Сухощавый и длинный дядя Митяй с рыжей бородой взобрался на коренного коня […]. «Стой, стой! – кричали мужики. – Садись-ка ты, дядя Митяй, на пристяжную, а на коренную пусть сядет дядя Миняй!» Дядя Миняй, широкоплечий мужик с черною как уголь бородою и брюхом, похожим на тот исполинский самовар, в котором варится сбитень для всего прозябнувшего рынка, с охотою сел на коренного, который чуть не пригнулся под ним до земли. «Теперь дело пойдет! – кричали мужики. – Накаливай, накаливай его! пришпандорь кнутом вон того, того, солового, что он корячится, как корамора!» (Т. I, Гл. 5)