Экспонаты
Книга. Неизданные письма к г-же Виардо и его французским друзьям (1846-1882)/ собр. и изд. М.Е. Гальпериным-Каминским.- Москва: Издание Д.П. Ефимова, 1900. 1900. Тургенев И.С.
Книга. Неизданные письма к г-же Виардо и его французским друзьям (1846-1882)/ собр. и изд. М.Е. Гальпериным-Каминским.- Москва: Издание Д.П. Ефимова, 1900. 1900. Тургенев И.С.
Название
Книга. Неизданные письма к г-же Виардо и его французским друзьям (1846-1882)/ собр. и изд. М.Е. Гальпериным-Каминским.- Москва: Издание Д.П. Ефимова, 1900.
Датировка
Материал, техника
бумага, картон, ткань; печать типографская, переплет
Размер
Аннотация
Частная платная библиотека московского коммерсанта и книголюба М. А. Вивьена была открыта в 1848г. Следующими владельцами библиотеки стали московские книголюбы - члены семьи Дерягиных: с 1893г.- Е. К. Дерягина, с 1909 г.- А. Н. Дерягин. В 1919 году Библиотека А.Н.Дерягина по решению Московского Совета рабочих и крестьянских депутатов была национализирована, и ей было присвоено имя Н. А. Добролюбова, которое она носит и по сей день. Настоящая книга когда-то находилась в фондах библиотеки Е. Дерягиной. В ней, среди прочих, впервые было опубликовано письмо Тургенева о смерти Гоголя. Это было в последних числах февраля 1852 года. На утреннем заседании в зале Дворянского собрания в Петербурге Тургенев заметил странно возбужденного И. И. Панаева, перебегавшего от одного лица к другому. "В Москве умер Гоголь!"... "Нас поразило великое несчастие, - писал Тургенев Полине Виардо. - Гоголь умер в Москве, умер, предав все сожжению, - все - второй том "Мертвых душ", множество оконченных и начатых вещей, - одним словом, все. Вам трудно будет оценить всю огромность этой столь жестокой, столь полной утраты. Нет русского, сердце которого не обливалось бы кровью в эту минуту. Для нас он был более, чем только писатель: он раскрыл нам нас самих. Он во многих отношениях был для нас продолжателем Петра Великого. Быть может, эти слова покажутся вам преувеличенными, внушенными горем. Но вы не знаете его: вам известны только самые из незначительных его произведений, и если б даже вы знали их все, то и тогда вам трудно было бы понять, чем он был для нас. Надо быть русским, чтобы это почувствовать. Самые проницательные умы из иностранцев, как, например, Мериме, видели в Гоголе только юмориста английского типа. Его историческое значение совершенно ускользнуло от них. Повторяю, надо быть русским, чтобы понимать, кого мы лишились".
Коллекция
Редкая книга